a_achmetova.livejournal.com

Очень вкусно есть колбасу не режа.
Лучше всего это понимает мой кот.
У него классическое имя - Бегемот.

Русское изобразительное искусство понесло большое унижение.

Российскую академию живописи, ваяния и зодчества обозвали именем Глазунова.
В знак траура прошу вынести из Музея изобразительных искусств всех, кто там есть.
Прошу удалиться Рублева, а также Врубеля. Обязательно Верещагина. Поленова и просить не надо, всяких там Борисовых-Мусатовых, не наше это. Соцреализм может остаться, но даже он не выдержал, плюнул и ушел. Передвижникам плохо стало, хотя они тоже народные.

Музей закрыт, и окна его занавешены черным.

Блин, господин Путин, ну не дурак же! Че ж, говоришь за Россию болеешь, а сам бездарей покрываешь! За державу мне не обидно, а за Верещагина - сильно. За художника Верещагина.
И еще за Васильева и его картину "Оттепель". Она, конечно, грустная и мрачная, расхристанная промозглая дорога. И вообще непонятно, зачем это рисовать, зачем жить, зачем хлюпать по этой дороге, промочив ноги.
Но ведь Весна. Потому и Картина.
А эти....бл...Глазунов, Сафронов - полическая шантрапа. Какие они, на фиг, художники...

ВОТ ОНО

Оно – невероятное, неведомое, новое, как его назвать-то? – явилось в виде запаха – и внезапно, не спрашивая, переключило тумблер где-то во мне. Но не в моей голове, это точно.
Хватит валить на голову: всякий раз, когда с кем-то что-то происходит, кивают или на голову или на сердце, или это вы что-то съели.
Я отлично помню, что это произошло со всею мною. Нет, неточно, не только со мной, но со всем сразу. Самое поразительное, что это произошло убийственно просто – переключился сразу весь мир. А раз весь мир, то, стало быть, и я. Или наоборот. Переключилась я – и соответственно весь мир, поскольку он же в соответствии со мной, правильно? Вот сейчас я и поняла слова моего брата: “Мир таков, каким мы его думаем”.
Нет, все осталось на своих местах: Ялта, публика, море, музыка, Ирина Медведева – хотя я ее уже не видела, но она точно стояла кварталом раньше с билетами на морскую прогулку – и парень, продающий индийские ароматические палочки.
Я уже присела на корточки возле него и спросила, что за запах – и он ответил. Сандал, что ли.
Вернулся из магазина Борис, и мы пошли на автостанцию – пора было возвращаться в Симферополь. Борис спросил “чего ты такая тихая”, и я поняла, что я тихая. Он о чем-то рассказывал, и я сделала вывод, что он ничего не замечает, что для него ничего не изменилось. На всякий случай спросила, не кажется ли ему новым этот мир, он ответил, мол, нет.
Так, подумала я, значит, это только со мной – и стала предельно внимательной.

Благодарю всех, кто побывал тут. Я сама-то еще толком не побывала. Ан уж не сакура, а магнолии отцвели уж давно хризантемы в саду. Сирень на очереди. Растеплилося на душе, собаки разлеглись на солнцепеках.
Надо идти на Патриса Лумумбы, там есть специальная заброшенная лестница на косогоре, чтоб сидеть на теплом камне и пить вино вместе с друзями, муравьями и птицами. Солнце очень любит смотреть на такие посиделки. Сказано ж: "Помни, Бог смотрит на тебя. Живи так, чтобы ему было интересно".

И полусонным стрелкам лень

Ворочаться на циферблате,

И дольше века длится день,

И не кончается объятье.

Попробуем продолжить это ещё чуть-чуть.

В поисках хорошей сакуры. И невозможно найти.

В красивых или относительно красивых местах за городом нет красивой развесистой вишни. где они все?

Может кто-то знает? скоро ж празновать надо...

назовём это продолжением...

Хочется встать из-за стола и пойти? Неважно куда и зачем.
Просто, отказавшись от правил игры, выйти в мир.
Это было бы единственным логичным решением.

:)

Начало...